Я ехал в московском метро, когда мир сошел с ума. Завыли сирены, свет вырубился, и поезд намертво встал в черном тоннеле — словно кто-то нажал кнопку

Как сохранить рассудок, если роковая автокатастрофа вырывает душу из родного тела и забрасывает в чужую эпоху? Обреченная на безвестность в стенах

Снег цвета сажи. Тела на площади. Вороны, рвущие плоть… Рязань мертва. Орды Батыя ушли на север, но их цепные псы — половцы-кипчаки — добивают

Снег цвета сажи. Тела на площади. Вороны, рвущие плоть… Рязань мертва. Орды Батыя ушли на север, но их цепные псы — половцы-кипчаки — добивают

Иногда на нашем пути встречаются крайне странные люди. Тот мужчина в тёмной мантии заказал абсолютно весь кофе из меню, а затем бесследно исчез,

Инженер из XXI века внезапно приходит в себя в теле крепостного подмастерья. Эпоха великих реформ Петра I встречает его не парадами, а суровой

Инженер из XXI века внезапно приходит в себя в теле крепостного подмастерья. Эпоха великих реформ Петра I встречает его не парадами, а суровой

Инженер из XXI века внезапно приходит в себя в теле крепостного подмастерья. Эпоха великих реформ Петра I встречает его не парадами, а суровой

Инженер из XXI века внезапно приходит в себя в теле крепостного подмастерья. Эпоха великих реформ Петра I встречает его не парадами, а суровой

Инженер из XXI века внезапно приходит в себя в теле крепостного подмастерья. Эпоха великих реформ Петра I встречает его не парадами, а суровой

Я постепенно осваиваюсь в новом мире — теперь я всадница альфа-дракона, княжна из императорского рода. Мой фиктивный муж то льнет ко мне, то

Аяна! Ты — моя жена! Ты в моем замке! И я хочу тебя! Ты женщина, и должна подчиняться мужчине! Тарлан надвигался на меня словно скала — огромный,

Я пошла с семьей в магазин и словно оказалась в России XIX века — в альтернативной реальности, где самое мощное оружие — живые, огнедышащие драконы.

После смерти мужа жизнь Липы превращается в череду унижений: родня видит в ней лишь обузу, а властная золовка уже подыскивает ей нового супруга — и

Однако мирная жизнь оказалась лишь затишьем перед новой бурей. 1922 год. Четыре года назад отгремели последние выстрелы на фронте, но внутренний враг

Очнулся в чужом теле, вокруг хаос и крики, а на руках — чужая кровь. Сцена насилия: «мажор» уверен, что связи отца — его броня. Слишком знакомая

Очнулся в чужом теле, вокруг хаос и крики, а на руках — чужая кровь. Сцена насилия: «мажор» уверен, что связи отца — его броня. Слишком знакомая

«Булочный король» подмосковного города N, миллиардер Пётр Степанович Рябов, пал жертвой сбоя нейросети. Очнувшись, он обнаруживает себя в теле юного

Двадцать пять лет наш современник в теле царя Фёдора шёл к своей единственной цели. «Россия должна взять Константинополь и проливы. Иного пути нет».

Однажды утром я проснулась в совершенно чужом месте. Теперь я — вдова трактирщика и мать семерых детей. В наследство от покойного мужа мне достался